Однажды в воскресенье к нам пришла женщина. Она приехала из Германии и говорила по-немецки и по-русски. По-английски — ни слова.

Она осталась на всё богослужение. Вставала, когда вставали все, садилась, когда все садились, а потом пожала руки у дверей и улыбнулась. И ушла домой ни с чем. Час проповеди — и ни одно предложение до неё не дошло.

Никто не сделал ничего плохого. Свободного переводчика в то утро не нашлось, да и будь он, переводчик для одной гостьи — это немало хлопот: нужен человек, который говорит на обоих языках, готов сесть рядом с незнакомкой и целый час переводить шёпотом и при этом не служит где-то ещё. В большинстве церквей такой человек один, для одного языка, и то не всегда.

Так гостья просидела на чём-то важном и ушла, не унося с собой ничего. С этой проблемы мы и начали.

Чего на самом деле не хватало

Проще всего назвать это проблемой перевода, но дело не совсем в этом. Перевод существовал. Телефоны уже умели переводить. Не хватало другого: способа, чтобы одного человека впереди понял один человек в последнем ряду — на языке, который больше никому в зале не нужен, и чтобы никому не приходилось ничего организовывать в тот же день.

Богослужение не могло перестроиться ради одной гостьи. Проповедь шла на английском и на английском должна была остаться. Вопрос был в том, сможет ли гостья всё равно её понять.

Комната, код и телефон в её руке

То, что мы сделали, можно объяснить одним предложением. Один телефон впереди слушает проповедь. Он создаёт комнату с коротким кодом. Любой в здании, кому это нужно, открывает приложение, вводит код и выбирает свой язык. Слова появляются у него на телефоне по мере того, как их произносят.

Гостье не понадобились ни аккаунт, ни подписка, ни какая-либо помощь с нашей стороны — только код. Ей нужен был её собственный телефон и язык, на котором она думает.

В следующий раз, когда она была у нас, она прочитала всю проповедь по-русски, пока её проповедовали по-английски.

Этого мы и ожидали. А вот чего мы не ожидали.

Она смогла рассказать об этом потом. В течение недели, с другими русскоговорящими, которых вообще не было в зале, она могла пересказать, о чём была проповедь. Богослужение шло на английском и осталось на английском, но понимание вышло за стены здания на совсем другом языке. Гостья, которая раньше уходила ни с чем, теперь уносила то, чем могла поделиться.

То, о чём никто не просил

Потом им начали пользоваться люди, которые прекрасно говорят по-английски.

Вам знаком этот момент. Проповедник называет место из Писания, и вы начинаете его искать. Тонкие страницы, не та книга, чуть назад, чуть вперёд. Пока вы находите нужный стих, он успевает сказать ещё три предложения — часто именно те, которые объясняют, зачем он туда отправил. Вы поднимаете глаза, зал кивает, а вы потеряли нить.

Когда приложение включено, последние строки всё ещё на экране. Вы находите место, смотрите вниз, догоняете за пять секунд — и вы снова вместе со всеми. Ничего не пропало. Просто немного отложилось.

Мы построили мост для гостьи из Германии, а по нему начали ходить свои.

Что это меняет для церкви

Когда барьером становится один телефон, а не график дежурств, вся арифметика церкви меняется.

Гости перестают быть особым случаем.

Никого не нужно искать, инструктировать и потом благодарить. Код выводится на экран, и им пользуется тот, кому он нужен.

Больше одного языка одновременно.

Украинская семья, студент из Бразилии и пара из Румынии могут быть на одном богослужении, и каждый читает на своём языке — без трёх переводчиков и трёх комплектов наушников.

Проповедь переживает этот час.

Те, кто следил на своём языке, могут потом обсудить её — на этом же языке — с людьми, которых там не было.

Никого не выделяют.

Ни кабинки, ни наушников, ни поднятой руки с просьбой о помощи. Телефон на коленях выглядит как любой другой телефон в зале.

С чего начать церкви

  1. Один телефон впереди.

    Тот, кто отвечает за звук, открывает в приложении вкладку «Докладчик», выбирает английский как язык речи и запускает комнату.

  2. Покажите код там, где его видно.

    На экране, в бюллетене или на карточке у стойки встречи. Пять символов.

  3. Все остальные просто подключаются.

    Они открывают приложение, вводят код, выбирают язык и читают. Слушатели никогда не платят, и аккаунт им не нужен.

Попробуйте сначала на вечернем воскресном собрании или в домашней группе, прежде чем выводить код на главный экран. Уже после одной проповеди станет понятно, стоит ли оно того.

Чего мы не обещаем

Это не живой переводчик, и мы не делаем вид, что это так. Машинный перевод проповеди в реальном времени достаточно точен, чтобы следить за ней, и достаточно честен, чтобы доверять ему в смысле, но он не передаст ритм проповедника и не всегда передаст идиому так, как тот её задумал. Если в вашей церкви есть одарённый переводчик и прихожанам нужен один язык — не отказывайтесь от него.

Это для всех остальных — для гостя, о приходе которого вы не знали, для языка, который у вас не охвачен, для недели, когда переводчика нет, для человека в последнем ряду, который никогда не попросит.

Сколько человек может подключиться, зависит от тарифа докладчика: 4, 8 или 16, включая самого докладчика. Сейчас тарифы устроены так, потому что именно об этом нас пока просили, а не потому, что больше приложение не может. Если вашей церкви нужна комната побольше, напишите на support@ytranslate.app.

Один гость — в этом весь смысл

Церкви внимательно ведут счёт, и такое хочется оправдать цифрами: столько-то языков, столько-то гостей, столько-то скачиваний. Но началось всё не с этого.

Всё началось с одной женщины, которая пришла, час слушала, ничего не поняла и ушла домой. Всё, что было после, — это попытка сделать так, чтобы, когда она придёт снова, она ушла со словом проповеди.

Хотите узнать больше о том, как работает yTranslate? Загляните в блог yTranslate.